Скажи большое спасибо

— Тебе понравилось? Скажи спасибо
— Спасибо
— Скажи большое спасибо
— СПАСИБО

Сидит теперь обиженный

привез себе пиво,
мне мороженое.
Сидит теперь обиженный,
мороженое ест. 

Всякая страсть - остается неутоленной

Толстая баба
смотрит украдкой,
порой,
так невзначай
на мужчинку,
но с этаким пылом,
словно бы шепчет,
ты только начни, мой герой,
я б тебя сразу
горяченьким
употребила.

Словно бы хочет
признаться
ему, горячась,
я не хужее
тех
худющих блондинок
ведаю таинства
и разумею матчасть
только взгляни
на размеры,
на бюст
и на спину.

Ну а герой
не спешит прикоснуться
к её
прелестям,
чтобы грузить
наслажденья лопатой
и погружаться
в тучных телес забытьё.
Он на меня
все поглядывает воровато,

Мне он и нафиг не сдался,
ей снится в мечтах.
О многовекторность
взглядов влюбленных!
О геометрия чувств!
Да ну её нах...
Всякая страсть - остается неутоленной.

Продажных баб больше всего ненавидят бабы, которых

даже со скидкой никто не взял.

Роковое число 23

Когда последняя любовница мужчины
младше его на 23 года -
то есть ровно настолько
насколько старше была первая,
которую он имел когда-то
на сексуальной заре
туманной юности.

Мужчина чувствует, что круг замкнулся.
Особенно если обе дамы — тёзки
и внешне немного схожи друг с другом:
ростом, голосом, манерами,
поведением на простыне.

Мужчина чувствует, что круг замкнулся.
Из прошлого пожаловала статуя командора
протянула каменную десницу,
но схватила отнюдь не ладонь.

Ставя последнюю Донну Анну
пред собой на колени
он видит меж её лопаток
проступающий облик первой.

Наяривая ещё агрессивней,
он закрывает глаза.
И лупит ладонью
по скачущим ягодицам.

Но воспоминания
не заглушаются звонкими шлепками,
глухими стонами
и мерными фрикциями.

Существуют только
первая и последняя.
А сотни что были меж ними
превращаются в пропуск,
длинный стержень тире,
который собственно....

Уже в ванной мужчина
успокаивает себя,
что будут ещё и другие.

Милый папик!

Милый папик!
Давать Вам
в узине диванчика
Как погладить
голову одуванчика…
Осторожнее надо.
Чтоб всё прошло гладко.
Нужен где-нибудь номер
с двухспальной кроваткой.

В простосердечии невежды

 В простосердечии невежды
Меня хотели вы познать,
Но эти сладкие надежды
Вам все ж придется потерять.

Не потому, что слишком строга.
Не потому, что лесби иль,
меня простите, ради Бога,
у вас плохой автомобиль.

О нет! вы очень сексуальны.
И да! Умны не по годам.
Очаровательно нахальны.
Но я вам все-таки не дам.

Возможно зодиака знаком
мы не сошлись. Засим в кровать
иду с другим. И нынче раком
не вам мой друг меня ебать.

Есть возраженья? Мычать...

 После большого питья
Наступает большая сушь.
Выйдя из забытья,
Взбрыкиваю, бешусь.

Что же он там подмешал,
беря меня в оборот?
Хочется крикнуть. Кляп
мне запечатал рот.

Словно под донный гул
звон от моих браслет.
Глубок мужика загул.
«Дергаться смысла нет.

По четырем краям
кровати… Ядрена вошь.
Дергаться можешь к хуям.
Наручники не порвешь.

Не вырвать запястья и
лодыжкам оков не снять.
Все потуги твои –
лишь возбуждают меня.

Попкою рваться ввысь?
Хуй дразнить: возбудись.
Но он и так стоит.
Так что не суетись.

Я на андреевский крест
Тебя умудрился распять.
Чтоб пока не надоест.
В жопу тебя ебать.

Есть возраженья? Мычать
может заткнутый рот.
Ты подчинишься, блядь,
тому, кто тебя ебет».

Входит словно в портал
В попу его дружок.
Ствол в глубину вогнал.
Узость не бережет

Насаживает на кол.
И расширяет зад.
Грешную попу нашел.
Жарких движений ад.

Боли мычащий стон.
Мглистой комнаты хмарь.
Как колоколен звон
раскачивает звонарь…

Вверх поднимается гул.
«Господи, пощади…».
А Бог ухмыляется: вдул.
До глубины засадил.

Бог ведь тоже мужик.
Как ему не понять.
Вечность он видеть привык
как девку, что нужно ебать.

Тело моё он создал.
И для того я живу,
что кто-нибудь истоптал

в поле моем траву.

Неверно делить все мнения

Неверно делить все мнения на свои и неправильные. Такого мое мнение, а все остальные мнения по этому вопросу - неправильные!

Костры на кургане

Случайная встреча. Так тучу заносит
на гору чужую отчаянный ветер.
И туча растает. И грусть свою сбросит.
И будет закат перламутрово светел.

Костры здесь подобны искрящимся кладам,
Звук выбитой пробки настойчиво кличет
Луну толстомордую, что будет рада
унюхать шипение жаренной дичи.

Здесь первые птахи вернулись из рая
и ласково нам сообщают те птицы,
что что-то меж нами в огне полыхает
и нас поджигает, и нами искрится.

Зажги же огонь мою душу и тело,
чтоб сердце моё в твоем пламени крепло,
и жарче любило, и ярче горело
…а ветер забвенья избавит от пепла…

Ебать до глубины души..

Что тебе скажу после притирки?!
Столько раз принявши крепыша
давши во всех позах, во все дырки,
источив тебя, едва дыша...

Отлюбил ты жарко, не спеша.
Ублажил, и насладился мною.
Всю облапал, приласкал, освоил.
Что осталась? Только лишь душа.
Только ей не вдул, не успокоил.
Чем она была нехороша,
Что ее оставил ты в простое?!

Гляделки при свечах

Усталый шелк с меня сползает 
Беззвучно падая под ноги.
Уж поздно млеть: «Я не такая».
И корчить страхи недотроги.

Нам светят розовые свечи.
Дым покрывает нас вуалью.
Зал покидает этот вечер.
Мы на ночь в спальню убываем.

Но прежде чем в объятьях слиться
И отыметь меня умело,
Желаешь ты глазами впиться
В моё открывшееся тело.

Ты рассмотреть меня нагую
Желаешь завершая вечер.
Глазами лижешь грудь тугую.
И взглядом полируешь плечи.

И щиплешь зорко, но не больно
Мои нескромные богатства.
Ну ладно. Поглядел?! Довольно!
Пошли уже. Хочу ебаься.

Вуали стелющему дыму.
Не утаить орудья встреч.
Высокий посох пилигрима.
Иль рыцаря поднятый меч.

Пока кормлю своих любимых тараканов, все в порядке. Но стоит только их подпоить…

ТЫ ОДИН

Есть мужчины похуже, получше.
Трус, герой, мудрец и мудак.
Есть мужчины на всякий случай.
Есть мужчины по случаю... так.

Есть что гаже, чем падаль подножья.
Есть которые гордость вершин...
Но я помню, что есть среди множеств.
Ты такой. И такой Ты один.

Ты один без ужимок, просто
Заставляешь гореть меня.
Будто на перепутье апостол
В вечереющей сини дня.

Ты один - мне дорог средь многих.
Так зачем развели нас дороги?

Зимними вечерами Сальвадор Дали любил

Зимними вечерами Сальвадор Дали любил посидеть в кресле у горящего камина, в где плавились часы, а в дымоходе уютно потрескивал жираф.